Постулаты Грасиана

clear floats
clear
164
Не оказаться плохим от чрезмерного благодушия.
Кого ничто не сердит, у того нет сердца, а бесчувственный не может быть личностью. Не всегда это от невозмутимости духа, чаще — от неспособности чувствовать. К месту рассердиться — акт личностный. Птицы узнают чучело, смело садятся на него. Сладкое сочетать с кислым — хороший вкус: одно сладкое — для детей и глупцов. Великая беда — погубить себя этаким бесчувственным благодушием.
163
Шелковые слова, бархатный нрав.
Стрелы разят тело, горькие слова — душу. Одна ароматная пастилка — и уста благоухают. Великое искусство на житейском рынке — продавать воздух. Платят чаще всего словами, они совершают невозможное; в высших сферах идет торговля воздухом, и одно дыхание из высочайших уст изрядно вдохновляет. Уста твои да будут полны сахару — подслащать речи, даже на вкус врагов. А верный способ быть любезным — всегда быть невозмутимым.
162
Ставить своим подчиненным задачу.
Трудная задача, в пору предложенная, сделала многих личностями — надо тонуть, чтобы научиться плавать. Вот так обнаружили многие доблесть, даже ученость, что, не представься случай, таилась бы погребенная в своей робости. Трудное дело — для репутации испытание: когда благородный видит угрозу своей чести, он один действует за тысячу. Искусством ставить задачу — как и всеми прочими — владела в совершенстве католическая королева Изабелла, и именно этому политичному ее приему обязан Великий Капитан" своим именем и многие другие — вечной славой: этим способом она создавала великих людей.
161
Не имей беспечных дней.
Судьба любит сыграть с нами шутку — опрокидывая наши предположения, застать врасплох. Таланту, рассудку, доблести, даже красоте — всем надобно быть настороже: день слепой беспечности будет днем их падения. Но когда осмотрительность всего нужней, тут-то она и изменяет: опрометчивость — ступенька к гибели. А иногда это стратагема — в тебя вселяют беспечность, дабы, захватив врасплох, подвергнуть достоинства испытанию. Известно, сколь опасны дни торжества, но коварство их избегает; зато для испытания нашей доблести избирает день, когда этого меньше нее го ждешь.
160
Забывать — это скорее благодать, чем искусство.
Что прежде всего надо бы забыть, о том больше всего вспоминаешь. Память наша и коварна — когда всего нужней, тогда-то изменяет, — и неразумна — является, когда не нужна; в том, что огорчает, удержу не знает, а там, где могла бы порадовать, не старается. Порой лучшее лекарство от беды — забыть о ней, но о лекарстве этом мы забываем. Надобно приучать память стать для нас полезной — ведь одной ее достаточно, чтобы вознести в рай или ввергнуть в ад. Исключение составляют самодовольные — эти в простоте души наслаждаются глупым своим блаженством.
159
И сам не выказывай и от другого не жди полной преданности
Не смотри тут ни на родство, ни на дружбу, ни даже на бесспорный долг: больно велика разница, даришь ли другому свое доверие или чувство. Самая тесная близость допускает исключения — правилам обходительности в том нет ущерба. Какой-то секрет и друг утаит, даже сын твой о чем-то умолчит; от этих мы скроем что-то, что тем сообщим, и наоборот; одним уступим, другим откажем — рассчитав пределы откровенности.
158
Упреждать враждебность — обратив ее в благосклонность.
Благоразумней обид избегать, нежели за них мстить. Великая тонкость — сделать наперсником того, кто мог стать соперником, превратить в щит твоей репутации тех, кто в нее целился. Весьма полезно обязать: вынуждая к благодарности, не оставишь времени для оскорблений. Возможные горести претворить в радости — значит, уметь жить. Само зложелательство обращай в дружелюбие.
157
Не доводить до разрыва — от него всегда страдает доброе имя
Врагом способен стать любой, другом — далеко не каждый. Немногие могут сделать добро, почти все — причинить зло. Орел в своем гнезде на лоне Юпитеровом и тот не безопасен, коль поссорился с жуком; скрытые недруги, только ждавшие случая, теперь раздуют огонь открытой вражды. Худшие враги — из бывших друзей: бьют по твоим слабостям, им одним ведомым, по наиболее уязвимому месту. А зрители обсуждают: всяк толкует, как чувствует, а чувствует, как желает,— но все тебя осудят. Одни в начале — за неосторож¬ность: другие в конце — за несдержанность, и все — за неблагоразумие. Коль разрыв неизбежен, тогда он извинителен, но лучше охладить приязнь, чем разжечь неприязнь. И здесь уместно подумать о достойной ретираде.
156
Всегда быть начеку — против невеж, упрямцев, спесивцев, против всякого рода невежд
На свете много их встречается, благоразумие в том, чтобы с ними не встречаться. Каждый божий день надеван доспехи решимости перед зеркалом своего разума — лишь тогда отразишь наскоки глупости. Будь настороже, не подвергай доброе свое имя пересудам черни; муж, вооруженный благоразумием, не станет жертвой наглого невежества. По морю человеческому плыть нелегко, усеяно оно рифами бесчестья; самое надежное — уклоняться, учась хитроумию у Улисса; искусная увертка весьма помогает. А главное, свернуть в залив учтивости — кратчайший выход из затруднений.
155
Не относится беспечно к беде, даже малой,— беда не приходит одна; беды, как и радости, ходят вереницей
Счастье и несчастье устремляются туда, где есть их родня,—от неудачника все бегут, к удачливому все льнут; даже голуби, при всей простоте, на самую белую колокольню гадятся Горемыке все изменяют: и сам себе, и здравый смысл, и само утешение. Беду не буди, когда спит. Споткнуться — пустяк, да вот покатишься — и бог весть до чего докатишься; ни благо не бывает совершенным, ни зло — вполне завершенным. Коль беда небом ниспослана — терпение; коль земная — разумение.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 »

Карта сайта